Василиса▶ Я жду вашего обращения. Что Вы хотите узнать?
Логотип
Древности Сочи и его окрестностей - В составе Абхазского царства

Сайт переехал на новый адрес . Перейти на на новом сайте( возможно информация там актуальней!)?

Древности Сочи и его окрестностей

 

Ю. H. ВОРОНОВ
Оформление художника Б. Д. Недоспасова
 

к содержанию раздела :: к содержанию книги

 

В составе Абхазского царства

 

Раннесредневековая эпоха (VII—X вв.) в окрестностях Сочи представлена довольно значительным числом поселений и городищ, крепостей и храмов, могильников и ремесленных центров. Особого расцвета в раннем средневековье достигло местное оборонительное зодчество, представленное в окрестностях Сочи десятками городищ и крепостей. Городища формировались на основе позднее окруженных оборонительными стенами поселений. На них еще и сегодня видны остатки различных жилых и культовых зданий. Крепости возникали на стратегически выгодных возвышенностях, на заселенных или необжитых прежде местах.

Планировка раннесредневековых укреплений района г. Сочи тесно связана с условиями местности. При сооружении стен почву снимали до скальной основы, в которой на склонах высекали ступень, служившую опорой для основания фундамента. Особое распространение высекание такой ступени получило в горной зоне, для которой характерны мягкие сланцы, облегчавшие эту работу. Стены возводили постепенно узкими ярусами до общей высоты 5—6 м и, вероятно, изредка оформляли сверху зубцами (Хоста, Ачипсе). Кладку стен укреплений в приморской зоне и в горах вдоль важнейших стратегических дорог осуществляли с помощью каменных блоков с частичным соблюдением рядов в панцире и с забутовкой из ломаного камня на растворе с крупнозернистой примесью речного или морского песка и гравия. В отдельных случаях в кладке стен использовали кирпич, укладывавшийся многорядными поясами (Ачипсе). В горной зоне, где добыча и доставка извести была затруднена, а укрепления носили второстепенный характер (Бешенка, Куницыно, Дмитриевка), применяли нерегулярную облицовочную циклопическую кладку насухо.

Оборонительные линии укрепляли выступающими, как правило, наружу башнями и контрфорсами. На труднодоступных участках эти элементы имели прямоугольный план (Хоста, Аибга), либо реже треугольную или полукруглую в плане форму (Ачипсе, Пслух). Башни обычно имели два яруса с деревянными межэтажными перекрытиями и верхней боевой площадкой. Часто нижний этаж башен заполняли бутом, наращивая естественную возвышенность (Ачипсе, Пслух, Бешенка). Во второй этаж в этих случаях обычно попадали по приставной лестнице или прямо со стены. Этажи в башнях сообщались между собой через люки с помощью деревянных лестниц (Хоста). В стенах башен делали смотровые окна и бойницы.

Особое значение придавали оформлению крепостных ворот, которые отличались иногда значительными размерами, имели каменный порог, арочное перекрытие, массивное дощатое полотно и бревенчатый запор (Хоста, Ачипсе, Аибга). Башни и контрфорсы в районе ворот располагали обычно с тем расчетом, чтобы нападающие находились под обстрелом справа (Хоста, Аибга и др.).

Древние зодчие района г. Сочи использовали и другие виды оборонительных сооружений, в первую очередь рвы и валы перед воротами поперек перешейков, соединявших территорию укрепления с окружающей местностью (Хоста, Куницыно). Переход через рвы осуществляли, по-видимому, с помощью подъемных деревянных мостиков.

Помимо отмеченных общих черт, каждое из ранне-средневековых укреплений отличалось и своими особенностями. Поэтому расскажем отдельно о нескольких наиболее характерных крепостях, имеющих самостоятельный интерес.

Крупнейшим городищем района является крепость, расположенная на гребне горы у впадения реки Ачипсе в Мзымту северо-восточнее Красной Поляны. Стены прослеживаются с юга на 260 м, с севера — на 350 м, с востока — на 80 м. Лучше всего стены сохранились в северной части крепости (высота угловой башни и прилегающих участков стены от 2 до 6 м) и в юго-восточном углу, где высота стен достигает 5 м. Западная башня имеет прямоугольную в плане форму и построена на естественной возвышенности с искусственной каменной «подушкой».

Рис. 43. План Ачипсинской крепости.

 

Южная стена имеет ряд брешей, образовавшихся, по-видимому, в результате какого-то сражения. Она укреплена в средней части прямоугольным контрфорсом. Основной участок стены возведен из ломаного местного камня на прочном растворе с большим количеством примесей мелкого сланцевого гравия и крупного песка, взятого из реки. В восточной части сохранились остатки ворот. Здесь в кладке эпизодически встречаются кирпичи. Профиль стены имеет снаружи ступенчатость: наибольшая ширина у фундамента, а выше стена сужается двумя уступами. Юго-восточный угол крепости представляет своеобразное сооружение, служившее цели подчеркнуть, выпятить рельеф, сделать его неприступным. В этом месте стена раздваивается: один луч продолжается по периметру крепости, а второй устремляется по гребню вниз почти на 50 м, препятствуя проникновению противника через гребень к наименее мощной восточной оборонительной линии, которая из-за действующих оползневых процессов в настоящее время почти полностью разрушена.

Характерные строительные детали имеются в северной стене. Здесь на протяжении 160 м было сооружено три башнеобразных полукруглых и треугольных в плане контрфорса, в задачу которых входило поддержать стену над обрывом. Далее к востоку северная стена постепенно теряет свою мощность и местами вообще исчезает, что обусловлено в первую очередь оползнями в сторону ущелья реки Ачипсе.

Ширина огороженного стенами пространства в ряде мест превышает 100 м. Это почти ровное плато с двумя-тремя широкими ступенями к Ачипсе. На верхней ступени прослеживаются в большом количестве каменные фундаменты. Лишь один из них на естественном возвышении в 100 м от западной башни сложен из обработанного камня на известковом растворе и служит основанием значительного сооружения. В северо-восточном углу этого здания находится помещение размером 4,1X3,6 м. В южной стене сохранился узкий дверной проем. С севера к помещению примыкает массивная полукруглая пристройка, отделенная от внешней стены помещения сквозным каналом, выложенным кирпичом. Вдоль канала в толще стены помещения идет кирпичная кладка в три ряда. Размер кирпича 15X32X3 см. Канал был соединен с помещением узким проходом. Само помещение имело два яруса, отделенных когда-то друг от друга деревянным перекрытием, а теперь заполненных землей. При раскопках здесь было найдено большое число разрозненных человеческих костей и фрагментов глиняных кувшинов с росписью бурой краской. Это позволяет предполагать, что рассматриваемая постройка могла служить помещением для погребений, отражающих какой-то еще неизвестный языческий обряд.

Остальные развалы на территории крепости сложены из камня насухо без раствора и, вероятно, служили основанием для деревянных зданий. По всей площади, огороженной стенами, и за их пределами на склонах лежит большое количество обломков керамических изделий — пифосов, мисок, кувшинов, расписной керамики, пряслиц.

Рис. 44. Планы Аибгинской (1), Куницынской (4), Монашкинской-1 (7), Монашкинской-2 (6) и Бешенской (9) крепостей, схема входа (2) и деталь кладки облицовки контрфорса (3) Аибгинской крепости, деталь фасадной части и ворота Куницынской крепости (5), план башни крепости Монашкинская-1 (8).

 

Здесь же найдены обломки стеклянных сосудов, а также отдельные железные изделия (топоры, нож и др.). Керамические и железные шлаки говорят о существовании на городище соответствующих производственных центров, а многочисленные кости животных свидетельствуют о развитом скотоводстве.

К несколько иному типу относится крепость, расположенная на окраине Красной Поляны, на правом берегу реки Бешенки, в 2 км от ее впадения в Мзымту. Остатки древней дороги приводят на перешеек с поперечным рвом, за которым возвышаются руины прямоугольной башни. В основании башни имеется массивная, сложенная насухо «подушка», наращивавшая естественное возвышение. Общая высота башни над уровнем рва в настоящее время до 4 м. Внешняя стена ее сложена из огромных циклопических глыб. Крепость представляет в плане вытянутый прямоугольник размером 50X40 м, охватывающий площадку отрога хребта на высоте около 100—150 м над уровнем русла Бешенки. Стены сложены без раствора облицовочной кладкой. На крепости и по осыпи к северу найдено большое число обломков раннесредневековой посуды (пифосы, миски, кувшины, горшки) и иных изделий (ножи, мотыга, топор и др.).

Хостинская крепость находится в северо-восточной части заповедника «Тисо-самшитовая роща», в 6 км от моря, на вершине скалистого утеса. Правый берег реки Хосты здесь 100-метровым каскадом обрывов уходит вниз. Поэтому необходимость в искусственных укреплениях существует лишь в южной части вершины, где и была сооружена оборонительная линия.

Юго-восточный угол крепости защищен башней, сохранившейся на высоту до 4,5 м. На запад из башни смотрит окно-бойница размером 0,4X0,5 м. У юго-восточного угла Снаружи видна стена с пазом для бревенчатого засова. Это остатки запасной калитки, служившей для выведения отрядов во фланг врагам, штурмующим главные ворота. Вторая башня, отстоящая от первой на 45 м, имеет неправильно прямоугольный план. В западной и восточной ее стенах заметны два яруса пазов от балок межэтажных перекрытий. Высота каждого этажа 1,7— 1,8 м. Башня была, по-видимому, трехэтажной.

 

 

Рис. 46. Общий план (1) и планы отдельных башен (2—4) Хостинской крепости.

Рис. 45. План и профиль Пслухской крепости (1), кладка башни Бешенской крепости (2), план и профиль центрального здания (3) и деталь кирпичной кладки (4) из него в Ачипсинской крепости.

Лишь 11 м стены разделяют вторую и третью воротные башни. Последняя сохранилась плохо. Ее массив, занимающий площадь 14X8 м, острым углом выклйнивается на юго-запад, образуя заслон крепостных ворот. Порог этих ворот виден в средней части коридора, образованного северной стеной третьей башни и идущей параллельно ей массивной стеной, которая тянется затем к западу. Над порогом на высоте более 1 м виден паз для закрепления засовного бруса.

Западнее ворот из стены выступает башнеобразный контрфорс, защищавший ворота. В 10 м от него находится последняя башня, которая в отличие от остальных выступает и внутрь крепости. В то же время ее помещение углублено в толщу стены более чем на 1 м. В верхний ярус башни ведет дверной проем. Судя по выступающему здесь из стены камню, на котором держалось потолочное перекрытие, высота этого помещения достигала 1,9 м. С учетом сохранившихся фрагментов следует думать, что первоначально высота башни составляла не менее 11 м. Из нижнего ее этажа на юг смотрит широкая бойница.

Все стены Хостинской крепости возведены из грубо обработанных блоков местного известняка. Известковый раствор содержит примесь морского песка и мелкой гальки. Подъемный материал с территории крепости включает обломки кувшинов, горшков, мисок и т. д.

К памятникам раннесредневековой гражданской архитектуры относятся и многочисленные ацангуары (в переводе с абхазского «ограды карликов»)—каменные пастушеские жилые и хозяйственные сооружения, распространенные по всей субальпийской, зоне района (Ачишхо, Аибга, верховья рек Сочи, Мзымты и др.). Каждый комплекс ацангуар включает в себя дом пастуха, служебные помещения, ограды для скота. Жилища пастухов— коши имели узкий вход, иногда окно. Их толстые каменные стенывозводили насухо. Здание перекрывали деревянной кровлей. В этих развалинах в последние годы найдено большое число фрагментов керамики, в первую очередь так называемая «скотоводческая» посуда, наконечники железных стрел, каменные орудия, кости домашних животных.

В настоящее время известны христианские храмы в Лоо, Агуа, Хосте, Адлере, Веселом, Липниках, Лесном, Голицыне, Монастыре.

Рис. 47. Фрагмент резной плиты из храма в совхозе «Южные культуры» (лицевая и оборотная стороны).

 

Наиболее ранней являлась базилика на территории совхоза «Южные культуры». Ее украшали фресковая роспись и мозаичный пол. Рядом с храмом найдено погребение IX—X вв., перекрытое плитами, орнамент которых очень близок к оформлению хор и оконных проемов в Софийском соборе VI в. в Константинополе.

Исключительно интересен храм в Лоо, расположенный в 2 км от моря на высоте около 200 м. Южная стена памятника разрушена полностью, западная стена и восточная часть также сильно повреждены временем. Лишь северная стена сохраняет еще свою высоту. Наружные размеры храма: ширина 11,2 м, длина до 20 м. Толщина стен до 1,1 м. Храм имел три входа: с севера, запада и юга. Ширина северного дверного проема 1,4 м. Помещение храма освещалось с помощью большого числа узких оконных проемов. В западной стене их было по меньшей мере два, в северной сохранились три окна. Окна были и в алтарных частях — абсидах храма. В северной стене выступают три полустолба-пилястра, которые вместе с аналогичными выступами в южной стене и двумя рядами столбов поддерживали в свое время свод храма. Снаружи центральная абсида была пятигранной.

Рис. 48. Резная плита из храма в совхозе «Южные культуры» (1), архитектурная деталь из храма на Ахун-горе (2) и капитель из храма в местности «Каштаны» (3).

 

Стены храма в Лоо сложены прекрасно обработанными известняковыми блоками и плитами песчаника и сланца. Известняком была облицована вся наружная поверхность стен, окна и двери. Эти же блоки составляют связующую основу пилястр, пронизывающих стены насквозь. Раствор отличается примесью очень крупного песка и отборного мелкого гравия, что находит ближайшую аналогию в византийских стенах Анакопии VII в. Этим же или несколько более поздним временем (VIII—IX вв.), вероятно, и следует датировать рассмотренный храм, который относится к группе абхазо-аланских церквей, характеризующих особый западнокавказский путь развития византийского храмового зодчества (Пицунда, Лыхны, Зеленчук и др.).

Рис 49. Планы храмов в Лоо (1) и в с. Монастырь (2, 3), каменное прясло (4), медное кольцо (5), фрагменты кувшина (6) и черепицы (7—11) из Монастырской крепости.

 

Достаточно интересен храм, расположенный в селе Монастырь, на левом берегу реки Мзымты. Зал церкви разделен парой пилястр на две части. К нему примыкает с востока широкое алтарное полукружие, имевшее снаружи пятигранное оформление. Изнутри вдоль стен зала прослеживается невысокий и узкий выступ-парапет. В зал вели две двери: с запада и с юга. Алтарь освещался с помощью одного окна.

С запада к храму примыкает придел, южная стена которого сохранилась почти полностью. В ее верхней части выступает камень, служивший, вероятно, опорой для арки свода. Здесь же видны и основания дверных арок.

В придел вели два входа: с запада и с севера. Северный вход соединял придел с обширным помещением, имевшим два этажа. Первый служил, вероятно, погребом. Второй этаж освещался с помощью окон, остатки которых сохранились в западной стене. К западу от первого придела отмечена площадка, где, по свидетельству старожилов, еще в конце 40-х годов возвышались каменные столбы высотой 3—4 м.

Монастырский храм расположен на территории небольшого укрепления, от которого сохранились стены и большая башня. Она охраняла крепостные ворота, находившиеся юго-восточнее храма. Стены крепости сложены из грубо обработанного камня панцирной кладкой на известковом растворе. Собранный по склонам в крепости и у храма материал включает обломки кирпича, плоской и гнутой черепицы, которой был покрыт храм, пифосов, кувшинов, кухонной посуды, прясел, датируемых IX— X вв. н. э.

Обзор имеющихся материалов показывает, что христианство на рассматриваемой территории достаточно прочно привилось лишь в приморской зоне. Интересно, что если храмы, расположенные вблизи побережья, не имели оград, то храм в селе Монастырь, наиболее удаленный в горы, был защищен мощной стено,й. Отсутствие следов христианских храмов в глубоких горных долинах, в частности в районе Красной Поляны, позволяет полагать, что здесь христианство не получило широкого распространения.

Раннесредневековые могильники в окрестностях Сочи изучены еще достаточно слабо. В погребениях VI— VIII вв. в селе Веселом обнаружены фибулы, пряжки и наконечники копий. Около десятка погребений VIII— X вв. было исследовано вблизи храма на территории совхоза «Южные культуры». Одно из мужских погребений находилось в гробнице из черепицы, перекрытой двумя орнаментированными плитами. Рядом было найдено погребение женщины, в котором обнаружены серебряные кольца с тремя полыми бусинками с филигранным пояском, две фигурки павлиновидных птиц на стерженьках, бронзовые бубенчики и т. д. Еще семь погребений почти не содержали инвентаря, покойники лежали на спине головой на запад, иногда с легким отклонением к северу, К этому же времени, вероятно, относится погребение из окрестностей села Веселого, в котором найдены светлоглиняная амфора и блюдо. В 1970 г. близ крепости на реке Бешенке в Красной Поляне было разрушено женское захоронение VIII—IX вв., инвентарь которого включал фрагменты сосуда из пористой глины, двуручный сосудик из тонкоотмученной глины, железные тесловидную мотыжку и нож, а также каменный точильный брусок.

Рис. 50. Серебряные фибулы (1,3) и бусина (4), бронзовые пряжки (2, 6) и колокольчик (5) из с. Веселого (1—5) и из окрестностей Сочи (6).

 

Различные отрасли хозяйства, которым занималось местное население в этот период, иллюстрирует в основном материал, собранный на поверхности, так как в условиях горной местности культурный слой на поселениях и городищах сильно размыт и разнесен по склонам.

Земледелие по-прежнему было главным образом мотыжным, хотя наряду с этим, особенно на прибрежной равнине, уже широко использовали деревянный плуг с железным наконечником-сошником или без него. Мотыги -имели тесловидную (Красная Поляна, окрестности Сочи) и обычную форму с рабочим лезвием и вытянутым обухом (Бешенская крепость). Последние орудия по своей форме очень близки к мотыгам, находимым в женских захоронениях VI—VII вв. н. э. в соседней Абхазии (Цебельда).

На исключительное значение скотоводства в жизни населения горных долин этого времени указывает огромное количество пастушеских поселков, разбросанных по всей субальпийской зоне района. Территорию городищ усеивают многочисленные кости домашних животных — коров, коз, овец, свиней, лошадей. Значительное свободное пространство внутри крепостных стен предназначалось, по-видимому, в первую очередь для загона скота и содержания его в зимних условиях. Скот, судя по всему, являлся важнейшим продуктом, составлявшим основу экономики тогдашнего населения Абхазии и окрестностей Сочи, где в VII—VIII вв. складывалось Абхазское раннефеодальное государство.

 

Рис. 51. Конские железные удила с бронзовыми псалиями (1— 4) и серебряные детали уздечки (5—7) из окрестностей Сочи.

 

Особое место в жизни местных племен в раннем средневековье занимало производство керамической посуды, обломки которой буквально устилают поверхность почвы на поселениях и склонах вокруг них. Здесь же в большом количестве обнаружены керамические шлаки, которые указывают на существование соответствующих мастерских. Из разрушенных погребений известен ряд целых сосудов, главным образом кувшинов.

Широко были распространены пифосы — большие безручные хозяйственные сосуды с массивным, уплощенным сверху венчиком, широким горлом и плоским узким днищем. Стенки пифосов снаружи и изнутри покрывали крупным беспорядочным рифлением и украшали в пригорловой части налепными валиками с пальцевыми вдавлениями. Большое число фрагментов относится к глубоким мискам с уплощенным сверху краем, на который часто наносили зубчатым штампом знак мастера. Иногда край миски имел уступ, возможно, для крышки, а также хорошо выраженный слив, образованный движением пальца по сырой глине. Особняком стоят котловидные сосуды и небольшие миски. Значительная группа обломков характеризует одноручные кувшины, венчик которых часто имеет слив.

Наиболее многочисленной и характерной для ранне-средневековых поселений (Красная Поляна, Монастырь, Хоста, Годлик, ацангуары) является лепная посуда с пористыми стенками. Это горшковидные плоскодонные сосуды, часто отличающиеся значительными размерами и тонкими стенками. Украшали эту посуду насечками по краю венчика или по налепному валику ниже горловины, редко — точками или волной. Заглаживание ее поверхности производили беспорядочно мелкозубчатой гребенкой, сеткой горизонтальных и вертикальных линий или веерообразно от днища. Глина редко твердая — она оставляет след, мажется, жирна на ощупь, хорошо промешана. Примесь в основном состоит из белых рыхлых частичек, напоминающих дробленый известняк и кальцит, выгоравший при обжиге, что приводило к пористости изделий. Последнее обстоятельство способствовало охлаждению содержимого, что в условиях развитого скотоводства должно было благоприятствовать сохранению жидких, молочных продуктов и воды. Довольно часто встречаются глиняные кувшины, расписанные бурой краской. Они, вероятно, поступили сюда по торговым путям из Византии, хотя часть этой керамики, судя по глине, имеет местное происхождение. Подобная расписная посуда была распространена в VIII—XI вв. в Болгарии (Полина, Хасково), Румынии и в Северном Причерноморье. Аналогичная керамика встречается и в памятниках IX—X вв. на территории соседней Абхазии (Анакопия, ацангуары Бзыбского хребта и др.).

          

Рис. 52. Железные топоры (1—5, 7, 8), наконечники копий (6, 20—24) и стрел (9— 13), нож (14), мотыги (15—17), ключ (18) и пастовая бусина из окрестностей Сочи (1—3, 6, 7, 9, 15, 16, 22—24), из Ачипсинской (4, 5, 14) и Бешенской (8, 17, 18) крепостей, с открытых поселений в Красной Поляне (10—13, 20— 21) и в с. Монастырь (19).

Рис. 53. Фрагменты раннесредневековых котлов (1—3, 6) и пифосов (4, 5, 7—15) с Ачипсинской (1—6, 15), Пслухской (11), Бешенской (7," 10, 13) и Куницынской (12, 14) крепостей.

 

Среди глиняных изделий многочисленные пряслица, которые делали, как правило, из стенок разбитых сосудов—пифосов, мисок, кувшинов. Широко освоено было также производство кирпича и черепицы, которые использовались для укрепления стен, покрытия культовых и гражданских зданий.

Было развито и кузнечное ремесло. На поселениях найден шлак, довольно много железных топоров, мотыг, ножей и т. д. Высоко ценилась работа каменщиков. Об этом говорят монументальные стены крепостей и храмов. Особую категорию раннесредневековых памятников района составляют печи для производства извести. Одна та-

кая печь была обнаружена вблизи Аибгинской крепости (Красная Поляна). Она представляет собою две округлые, смежные ямы-камеры, врытые в крутой склон. Между камерами сооружена из ломаного камня перегородка, а во внутренней яме была найдена усохшая известь. Сверху и снизу к печи подходили дороги, по которым завозили куски известняка и увозили к крепости готовую продукцию. Печью пользовались недолго.

Рис. 54. Фрагменты раннесредневековых пифосов (1, 18), мисок (2—7), кувшинов (10—16), стеклянных сосудов (9,9а, 96) и других изделий из Ачипсинской крепости.

Рис. 55. Раннесредневековая «скотоводческая» посуда с Куницынской (1, 13) и Ачипсинской (2—12, 14—17) крепостей.

Торгово-экономические связи иллюстрируются привозной керамикой (амфоры, блюда, часть расписной посуды и др.), стеклянными сосудами, обломки которых найдены на городищах, пастовыми глазчатыми и разноцветными стеклянными бусами и другими изделиями, указывающими в первую очередь на контакты с Византией и Крымом.

Своеобразный облик раннесредневековых поселений, в окрестности Сочи отражает соответствующие социальные отношения того времени. В предгорьях и горных долинах население сосредоточивалось на городищах. Они представляли скопления хижин и общественных зданий (в предгорьях это обычно храмы, в горных долинах — жертвенники и своеобразные погребальные сооружения), окруженных стенами, внутри которых часто находилось и значительное свободное пространство, предназначавшееся для размещения скота. Как можно полагать, каждое такое поселение состояло из нескольких десятков семей (от 50 до 150—200 человек), объединенных не только единством места обитания, но и, по-видимому, более или менее близкими родственными отношениями.

 

Рис. 56. Раннесредневековая «скотоводческая» (1—9,17) и привозная (10—16) керамика с Куницынской (1), Пслухской (2), Ачипсинской (3—14, 16) и Монашкинской-1 (15, 17) крепостей.

Рис. 57. Расписная глиняная посуда из окрестностей Сочи (1), из Аибги (2), со склона Ачишхо (3) и из Ачипсинской крепости (4-28).

Рассматривая раннесредневековые памятники в районе г. Сочи, нужно отметить их теснейшую связь с памятниками соседней Абхазии. Особенно интересна в этом отношении «скотоводческая» посуда,, которая найдена в Центральной Абхазии уже в памятниках античного времени (современный Сухумский и Гудаутский районы). В раннем средневековье она распространяется на обширной территории, по крайней мере, от современного Лазаревского до реки Ингури, от побережья моря до высокогорных пастбищ. Эта общность позволяет говорить о существовании на всей очерченной территории в рассматриваемый период единого этнокультурного массива, составлявшего первоначальную базу раннефеодального Абхазского царства VIII—X вв.

Это наблюдение подкрепляется и рядом источников (Епифан Кипрский, Леонтий Мровели и др.), согласно которым с северо-запада политическая и, вероятно, этническая граница Абхазии в VIII—X вв. проходила близ современного села Новомихайловского в районе реки Нечепсухо (Никопсия), т. е. включала и территорию прежнего расселения ближайшеродственных абасгам санигов и зихов.

Рис. 58. Фрагменты раннесредневековых пифоса (1), черепицы (2), заготовок для пряслиц (3— 10), котловидного сосуда (13), кувшинчика (14) и кувшинов (18—24), каменные подвески (11,12) и точильный камень (17), железные мотыга (15) и нож (16) из Ачипсинской крепости (1— 11), из погребения в окрестностях Бешен c кой крепости (12— 17), с поселений Псоу-1 (22), Псоу-3 (23), Ахштырь-5 (19, 20), из окрестностей с. Веселого (18, 21, 24).

 

к содержанию книги

к содержанию раздела

Hosted by uCoz
© 2014-2019 ЯВИКС - все права защищены.
Наши контакты/Карта ссылок